Сортирный вопрос

По материалам прессы: http://vz.ru/columns/2011/2/11/468044.html
Когда я впервые услышала о мужском сортирном убежище, мне было лет четырнадцать или пятнадцать. Беседу о секретах семейной жизни с женской частью нашего класса проводил старший пионервожатый, - убей бог, не помню, с чего его понесло со штихелями. Проникновенно глядя на нас, он говорил о том, что нашим будущим мужьям будет совершенно необходимо для душевного равновесия хотя бы полчаса в день проводить в одиночестве. И если мы не оставим их в покое добровольно, то они укроются в санузле и будут там сидеть до полного просветления, а остальные хоть лопни. Пламенная речь вожатого оставила меня в полном недоумении: удивил меня, конечно, не сам факт долгих сортирных заседаний, – такое было в порядке вещей в нашей интеллигентной многочитающей семье, - а то, что слова о необходимости уединения должны были стать для нас откровением. (Уж кто-кто, а я возможность закрыть дверь за всеми очень ценила: мы жили впятером в небольшой двушке, причем двоим из пятерых – бабке и моей маленькой сестре – идея чужого прайвеси казалась глубоко порочной и оскорбительной.) Причем вожатый явно подразумевал, что потребность в уединении нам должна быть чужда не в силу возраста, а по гендерным причинам: женщине якобы свойственно все время стремиться прислониться к мужскому плечу - буквально.
И только потом я поняла, откуда ноги росли у заблуждений вожатого, а также Соколова-Митрича и прочих, имя им легион: ( Откуда? )

(no subject)

В журнале О. Бакушинской увидела этот клип:

Знаете, где я эту песню слышала? На танцплощадке для стариков. Танцплощадка располагалась в парке города Вальядолида, столицы испанской провинции Кастилия-Леон. Раз в неделю там устраивались танцы «для тех, кому за…» Вот не знаю, за сколько, средний возраст танцующих был в районе семидесяти. Причем они не просто так топтались, а исполняли настоящие хоты и пасадобли. Двигались пары по кругу, в центре которого была такая клумба с цветами. С одной стороны круга располагалась сцена, на которой размещались музыканты и певица, - танцы шли под живую музыку. По краям площадки находились столики, за которыми тусовалась молодежь (за таковую сходили все, кому еще не пора было на пенсию), ну и мы в том числе. Отец брал пиво, мы с сестрой по «Швепсу», и следили за этим невероятно жизнеутверждающим зрелищем, которое у нас шло под кодовым названием «скачки клюшек на приз Буденного». Было это в 1998 году, и я не знаю, живы ли те завсегдатаи танцев, проводятся ли «скачки» до сих пор… Зато эта песня, единственная из всего репертуара ансамбля при танцплощадке, врезалась в память намертво.